коротышек схватили Звездочкина - один за шиворот, дру-
гой за ноги - и стащили его с трибуны. Несколько коротышек подхватили
Знайку на руки и потащили к трибуне.
- Пусть Знайка делает доклад! - кричали вокруг. - Долой Звездочкина!
- Дорогие друзья! - говорил Знайка, очутившись на трибуне. - Я не мо-
гу делать доклад. Я не подготовился.
- Расскажите про полет на Луну! - кричали коротышки.
- Про состояние невесомости! - кричал кто-то.
- Про Луну?.. Про состояние невесомости? - растерянно повторял Знай-
ка. - Ну ладно, пусть будет про состояние невесомости. Вы, наверно, зна-
ете, что космическая ракета, для того чтобы преодолеть притяжение Земли,
должна приобрести очень большую скорость - одиннадцать километров в се-
кунду. Пока ракета набирает эту скорость, ваше тело испытывает большие
перегрузки. Вес вашего тела как бы увеличивается в несколько раз, и вас
с силой прижимает к полу кабины. Вы не можете поднять руку, вы не можете
поднять ногу, вам кажется, что все ваше тело как бы налилось свинцом.
Вам кажется, будто какая-то страшная тяжесть навалилась на вашу грудь и
не дает вам дышать. Но как только разгон космического корабля прекраща-
ется и он начинает свой свободный полет в межпланетном пространстве, пе-
регрузки кончаются, и вы перестаете испытывать силу тяжести, то есть,
попросту говоря, теряете вес.
- Расскажите, что вы чувствовали? Что вы испытывали? - закричал
кто-то.
- Первое мое ощущение при потере веса было, будто из-под меня неза-
метно убрали сиденье и мне не на чем стало сидеть. Ощущение было такое,
будто я потерял что-то, но никак не мог понять что. Я почувствовал лег-
кое головокружение, мне стало казаться, будто кто-то нарочно перевернул
меня вниз головой. Вместе с тем я ощутил, что внутри у меня все замерло,
похолодело, как при испуге, хотя самого испуга и не было. Подождав нем-
ного и убедившись, что со мной ничего плохого не сделалось, что я дышу,
как обычно, и вижу все вокруг, и соображаю нормально, я перестал обра-
щать внимание на замирание в груди и в области живота, и это неприятное
ощущение прошло само собой. Когда я огляделся вокруг и увидел, что все
предметы в кабине на месте, что сиденье, как и прежде, находится подо
мной, мне перестало казаться,