имею сказать вам наедине, – ответил король, делая ударение на последнем слове, ибо разговор с королем с глазу на глаз был привилегией, предоставленной братьям короля церемониалом французского двора, – все это вам, сударь, придется сегодня соблаговолить выслушать от меня при свидетелях. Господа, слушайте хорошенько, король вам это разрешает, Герцог поднял голову.

– Государь, – сказал он с тем ненавидящим и полным яда взглядом, который человек заимствовал у змеи, – прежде чем оскорблять человека моего положения, вы должны были бы отказать мне в гостеприимстве в Лувре; в моем дворце я, по крайней мере, мог бы вам ответить подобающим образом.

– Поистине, – сказал Генрих с мрачной иронией, – вы забываете, что всюду, где бы вы ни находились, вы остаетесь моим подданным и что мои подданные всегда находятся у меня, где бы они ни были, потому что, слава богу, я король!.. Король этой земли!..

– Государь, – воскликнул Франсуа, – в Лувре – у моей матери.

– А ваша мать – у меня, – ответил Генрих. – Однако ближе к делу, сударь: дайте мне это письмо.

– Какое? – То, что вы читали, черт возьми, то, что лежало раскрытым на вашем ночном столике, то, что вы спрятали, увидев меня.

– Государь, подумайте! – сказал герцог.

– О чем? – спросил король.

– О том, что ваше поведение недостойно дворянина, такое требование может предъявлять лишь полицейский. Король побледнел как мертвец.

– Письмо, сударь! – повторил он.

– Письмо женщины, государь, подумайте! – сказал Франсуа.

– Есть женские письма, которые обязательно следует читать и очень опасно оставлять не прочитанными, пример: письма нашей матушки.

– Брат! – сказал Франсуа.

– Письмо, сударь, – вскричал король, топнув ногой, – или я вызову четверку швейцарцев, и они вырвут его у вас.

Герцог соскочил с кровати, зажав скомканное письмо в руках, с явным намерением добежать до камина и бросить бумагу в огонь.

– И вы поступите так с вашим братом? Генрих отгадал его намерение и преградил ему путь к камину.

– Не с моим братом, – сказал он, – ас моим смертельным врагом! Не с моим братом, а с герцогом Анжуиским, который весь вечер разъезжал по Парижу за хвостом коня господина де, Гиза! С братом, который пытается скрыть от меня письмо от одного из своих сообщников – господ лотарингских принцев.

– На этот раз, – сказал герцог, – ваша